Сергей Гогин, 27 July 2017 Персона
Живое общение против мракобесия
Написать автору

Научный журналист, автор двух книг Ася Казанцева 14 июля прочитала в областном Дворце книги лекцию на тему «Влияние иностранных языков на развитие мозга». Ее пришло послушать как минимум 150 человек, что для Ульяновска немало. В прошлом году она приезжала с лекцией про то, чем мозг мужчины отличается от мозга женщины. Казанцевой - 30 лет, она выпускница биофака Санкт-Петербургского университета, нейробиология – ее основной интерес, сегодня она учится в магистратуре ВШЭ по этой специальности. В своих книгах и статьях она развенчивает различные псевдонаучные взгляды, опираясь на данные исследований. В последнее время Ася Казанцева стала популярным лектором. Предлагаем фрагмент интервью, записанного накануне ее лекции. 

– С чем вы связываете рост интереса к научной журналистике? С одной стороны, наблюдается рост мракобесия, в том числе и на федеральных каналах, которые вновь обжили ведьмы и колдуны, с другой стороны, научно-популярные лекции собирают большие аудитории, растет тираж книг на темы популярной науки…

– Во-первых, дело в демографии. Раньше людей было мало: человечество достигло первого миллиарда только к концу XIX века. При этом 90 процентов людей работали на полях. В XX веке, благодаря антибиотикам и прививкам, население выросло скачкообразно, и сейчас нас уже 7,5 млрд. Одновременно появилось высокоэффективное сельское хозяйство, теперь небольшое количество фермеров производит достаточно еды для всех. Очень много людей получили возможность производить интеллектуальный продукт. Образовался огромный объем информации, который увеличивается с каждым годом, и в нем трудно ориентироваться. В год выходят миллионы научных статей, никто никогда не прочитает их все. Специалисты следят только за публикациями в своей области. В XVIII веке человечество располагало небольшим количеством знаний, и поэтому, например, Ломоносов и другие образованные люди того времени могли обладать энциклопедической эрудицией, ориентироваться практически во всех областях науки. Сегодня такое невозможно. Чтобы не чувствовать себя выброшенными на обочину прогресса, люди обращаются к научно-популярным книгам, которые содержат выжимку, ключевые открытия из той или иной области науки. 

Во-вторых, действительно растет уровень мракобесия, и именно поэтому у людей возникает желание чем-то его уравновесить, найти островок здравого смысла. Удивительно, что лекционный формат не только не вымирает, но развивается. В 90-е годы публичных лекций о науке практически не было, а последние лет пятнадцать они стремительно набирают популярность – этот процесс начался в городах-миллионниках, но сегодня охватывает и небольшие города. Казалось бы, любого лектора можно послушать и на Youtube, но нет, важно самому пойти на лекцию, куда придут другие люди из твоего города, которые интересуются приблизительно тем же, чем и ты. Люди видят, что мракобесие наступает, и им становится  важен формат живого общения. Поэтому, например, петербургский лекторий «Щепотка соли» часто устраивает сразу после научного доклада какие-нибудь командные игры и прочий интерактив, именно для того, чтобы слушатели могли подружиться друг с другом. 

– В прошлом году Национальный совет по гомеопатии через суд потребовал от журнала «Вокруг света» опровержения вашей статьи, где вы приводили научные доказательства неэффективности гомеопатических препаратов. Чем закончилось судебное разбирательство?

– Гомеопаты проиграли. Интересно, что статья, которая их возмутила, по сути была выжимкой из главы о гомеопатии в моей книге «В интернете кто-то неправ!», о чем было прямо сказано в начале текста. Но в суд они подали не на меня, не на издательство, а почему-то потребовали семистраничного опровержения от журнала. Это был смешной иск, даже с точки зрения русского языка: неправильные падежи и прочее. К тому же там была странная логика: «В статье утверждается, что эффективность гомеопатии не подтверждается научными исследованиями, но ведь гомеопатия используется уже двести лет, поэтому мы требуем опровержения». Но мы и не отрицали, что она используется двести лет, в чем тогда предмет иска? Суд это понял и отказал им. 

– Вопрос о влиянии научной журналистики на массовое сознание: пока не заметно, что люди стали более подозрительно относиться к той же гомеопатии, более того, на телевидении продолжается реклама гомеопатических «фуфломицинов». Что должно произойти, чтобы люди поверили науке, а не традиции?

– Во-первых, масштабы известности пока не сопоставимы. У моей книжки тираж 20 тысяч, а население России – 140 млн. К тому же научная журналистика – это агитация для своих. Книги о науке читают те, кому наука и так интересна и кто и без книг способен сформировать свое мнение о лженауке. Пока неясно, что с этим делать, но хорошая новость в том, что аудитория научной журналистики расширяется: еще десять лет назад тираж 20 тысяч для такой книги был бы немыслим. Для просвещения же широкой аудитории большего эффекта достигли ученые из комиссии РАН по борьбе с лженаукой, которые полгода назад опубликовали меморандум, где они со ссылками на исследования заявили, что та же гомеопатия не может рассматриваться как эффективный метод лечения. Этот меморандум получил большой резонанс в СМИ, возможно, к нему прислушаются.

– На обложке вашей книги «В интернете кто-то неправ!» – очень благожелательный отзыв Алексея Навального. А ведь этого политика главные федеральные СМИ либо не замечают, либо откровенно дискредитируют. Поможет ли вам сегодня рекомендация такой противоречивой фигуры?

– Это странная постановка вопроса. Если вы имеете в виду, как это повлияет на продажи книжки, то, возможно, это отсечет некую часть потенциальной аудитории, но, скорее всего, именно тех, кто и без того не стал бы читать эту книгу и отбросил ее во гневе. На самом деле все проще. Для задней обложки книги авторы просят написать отзыв либо экспертов по теме, либо самых известных своих знакомых. Навальный для меня и есть такой знакомый. Он все-таки набрал 27 процентов на выборах мэра Москвы. Я знала, что ему понравилась первая моя книжка, и он написал веселый отзыв о второй. К тому же тема моей книги про лженауку близка тому, что делает сам Навальный. Мы оба говорим людям: в интернете есть куча информации, и если вы ее прочитаете как следует, то узнаете много того, о чем не говорят по телевизору. Просто я это объясняю на примере научных исследований, а Навальный – на примере борьбы с коррупцией.

– Год назад Дворец книги отказался предоставить вам площадку для лекции, несмотря на договоренность. Организаторам тогда объяснили – «в связи с критикой… во избежание конфликтной ситуации», а на самом деле – в связи с интернет-доносом местных активистов кургиняновского «Родительского всероссийского сопротивления», которые записали вас в «пятую колонну», поскольку вы сотрудничали с просветительским фондом «Эволюция». Нет ли у вас обиды на администрацию дворца?

– Это не мое дело, это дело организаторов. Я понимаю, как читать лекции, но я не понимаю, как искать площадки. Но в этом году лекция проходит именно во Дворце книги – стало быть, на этот раз меня не записали в «пятую колонну»? 

– Скорее всего, «РВС» просто поленилось написать очередной донос. 

– Иногда такие смешные вещи случаются. Если ты публичный человек, тебя спрашивают о разных вещах, и ты высказываешь свое мнение по вопросам, в том числе и не имеющим прямого отношения к твоей деятельности (впрочем, наука имеет отношение к чему угодно). Естественно, невозможно избежать идеологически окрашенных высказываний. У меня есть книжка про лженаучные заблуждения, и среди прочего я там пишу про сексуальную ориентацию. Есть много людей, которые верят, что волшебная гей-пропаганда способна поменять человеку ориентацию, хотя это не подтверждается научными данными. Однажды у меня была лекция в одном маленьком городе, в 400 км от Москвы (так и быть, не буду его называть, в надежде, что ему уже стыдно). Мы уже подъезжали туда на машине, и внезапно замдекана местного университета сообщает организатору: «Мы тут почитали про вашу Асю Казанцеву и хотим отменить выступление, потому что она замечена в защите прав геев». А до лекции – четыре часа. Но мои организаторы привыкли работать с пугливыми администрациями в маленьких городах. «Отлично, – говорят они. – Вы представляете, сколько у нас знакомых федеральных журналистов? Завтра выйдет множество статей, заголовки которых будут сочетать ваш университет и геев». Тот подумал-подумал и говорит: «Ладно, приезжайте».

– До сих пор многие считают, что в Советском Союзе было лучшее в мире образование. Однако сегодня 32 процента опрошенных россиян верят, что Солнце вращается вокруг Земли. Откуда берутся эти люди при, казалось бы, качественном образовании?

– Думаю, это не те 32 процента, которые не знают, а те, которые не хотят задумываться, потому что им лень и они в принципе не любят думать, поэтому они ляпают первое, что приходит в голову, не анализируя. Дело и в образовании тоже. Мы живем в океане информации. Да, все можно найти в «Гугле», но важно понимать, что спрашивать и как отличить правильный ответ от неправильного. Именно это важно, а наше образование все еще заставляет людей что-то зубрить. В итоге самые способные, которым еще и повезло с учителями, на фоне этого зазубривания обретают и понимание, системное мышление, они понимают, что вокруг чего вращается. А люди, которым не так повезло, запоминают разрозненные факты, которые не складываются в единую систему, вскоре их забывают, и дальше всю жизнь отвечают наугад.

 

 

 

 

Написать автору

Отправить сообщение